ИСЧЕЗЛИ КРЕСТЫ И ОГРАДЫ

Проектом «Кыштымский некрополь» наш Музей занимается с 2018 года. Объектом изучения стало кладбище на улице Ленина, известное, как «старое кладбище» или кладбище «3-й километр». За четыре летне-осенних сезона в ходе 15 «полевых экспедиций» выявлено 46 надгробий.Изначально было определено, что в рамках проекта мы будем заниматься памятниками дореволюционного периода истории, то есть с середины XIX века, когда за чертой поселения было обустроено кладбище, и до второго десятилетия XX века, когда погребальная культура была резко обесценена.Кладбище оставалось действующим до 1 июля 1982 года (было принято решение горисполкома о прекращении захоронения на старом кладбище и об открытии нового).В прошлом, когда наши предшественники – научные сотрудники Музея – занимались изучением памятников, они внесли в свой список 61 объект. Можно ли предположить, что изучение кладбища близится к завершению? Ни в коем случае! Наши коллеги ограничились списком памятников с минимальным количеством информации – имя и фамилия умершего, даты рождения и смерти. Как таковым поиском памятников (например, плит) они не занимались. Иногда в их списке присутствует указание места, где находится памятник. Даже в таком виде документ представляет интерес для краеведов и тех, кто занимается генеалогическими изысканиями. Но мы практикуем другой подход.

В последние десятилетия растёт интерес к изучению памятников погребальной культуры. Для проекта «Кыштымский некрополь» ориентиром стал богатейший опыт Тульского историко-архитектурного музея. Для примера – информация «Тульского некрополитена» https://vk.com/tula_necropoliten_club Хотя наши цели и задачи, конечно же, менее масштабны, чем у тульских коллег. Мы составляем картотеку с описанием памятников, пытаемся составить схему их размещения на территории кладбища, расшифровываем надгробные тексты.

При изучении надгробий мы можем определить, к какому типу относится данный надгробный памятник, фиксируем украшения и отдельные элементы памятника. И главное – концентрируем информацию, какую может дать памятник (биографические тексты и эпитафии).

На кладбище по форме памятников выявлены плиты (каменные и металлические), саркофаги, часовни (каплички), стелы, «крест на Голгофе». В прошлом имелись и мемориальные скульптуры (семейное захоронение Карпинских), но они безвозвратно утрачены.Как уже говорилось выше, за четыре сезона нами выявлено 46 надгробий. Площадь кладбища – 55176 квадратных метра. Мы прошли участок (полосу) шириной 20 метров вдоль северной ограды кладбища (около 225 метров). То есть пока исследовано около 8-10 процентов его территории. Не исключено, что часть памятников осталась незамеченными, поскольку на участке есть завалы мусора. В исследуемой зоне интересующие нас захоронения встречаются чаще в восточной части кладбища (если заходить через центральные ворота – то справа аллеи). Говорят, что перед смертью все равны, но этот участок с момента создания кладбища явно отводился кыштымской элите. Об этом косвенно свидетельствует богатство памятников. Здесь похоронен П. М. Карпинский, служащие завода, крупные предприниматели, состоятельные люди.Многие памятники руинированы. На каменных памятниках почти нет самой важной детали – крестов. При этом, что удивительно, они не обнаруживаются и на земле. Можно предполагать, что частично памятники разрушались при подготовке новых могил уже в советский период истории, но нельзя исключать и вариант с осознанным разрушением христианских символов. Нам известно постановление бюро Кыштымского РК ВКП(б) от 12 декабря 1933 года. Пункт 6 гласит: «Предложить фр. Пос. Совета и тов. Шинкевичу оформить обязательным постановлением снятие металлома как то: оград больницы, завода, с кладбищ и отдельных организаций Кыштыма».И действительно, на многих семейных местах с несколькими захоронениями родственников, которые раньше были обнесены общей оградой, сохранились лишь фундаменты, а от металлических оград на камнях остались только крепления.

Krest 1

Безусловно, интерес представляет памятник по типу саркофага О. М. Щукиной. В форме саркофагов выполнены памятники Корольковых, Новикова, Киселева.

Krest 2

Удивительным образом сохранился классический памятник по типу «Крест на Голгофе» А. Г. Корольковой.

Krest 3

Интересный памятник А. Е. Долговой и А. К. Долгова в форме арки был обнаружен под грудой мусора у западной стены кладбища.

Krest 4

А на противоположной стороне кладбища, которую мы изучали в сентябре, остаются приметными памятники над могилами семьи Фоминых.

Krest 5

Вывод, который напрашивается при изучении «царских» памятников, – все они приобретались по каталогам в других городах, поскольку отличаются тщательностью обработки всех архитектурных деталей и исполнением эпитафий. О существовании в поселении кыштымских заводов производства памятников такого уровня нам ничего не известно. Но на кладбище имеются и достаточно простые массивные каменные плиты с высеченным крестом на Голгофе. На некоторых из них текст отсутствует, на других высечен довольно грубо.

Krest 6

Как можно предположить, это изделия местных каменотёсов. И очень редко встречаются в исследованной зоне памятники, отлитые на Каслинском заводе. Не сохранившаяся скульптура «Иисус Христос» по модели скульптора Р. Баха на могиле сыновей П. М. Карпинского – один из примеров. Вероятно, большинство памятников из металла ушли в переплавку. Но те, что остались – являются прекрасными образцами каслинского литья. Это, например, плита Федота Петровича Ичева с херувимами по углам.

Krest 7

Такие плиты, как и другие металлические памятники, были широко распространены. В 1914 году Общество Кыштымских горных заводов, рекламируя своё производство, среди заводских изделий, поставленных на поточное производство, в разделе «Литьё» указывает: лестницы, решетки, кресты, памятники, садовые вещи и разные отливки по чертежам и моделям завода и заказчиков» [1].

Krest 8

К тому времени, производство надгробных плит на Каслинском заводе насчитывало почти вековую историю. Исследователь О. В. Линник пишет: «В рапорте Каслинской конторы от 29 марта 1814 г. сообщалось, что было отлито господину архитектору Малахову три ступки с пестиками. В дальнейшем, в каждом рапорте или заводском отчёте встречаются регулярной строкой количество отлитых изделий. Помимо посуды, отливались печные принадлежности, напольные и надгробные плиты». [2]В предыдущих публикация нам уже доводилось рассказывать о необычных эпитафиях, выявленных на памятниках. Например, «Иван Дмитриевич, четверо твоих малых детей с матерью оплакивают тебя день и ночь. Помолись перед Вышнем чтобы Господь дал нам терпениe в несчастии и научил бы нас уму». Удалось выяснить, что мужчина, о котором идёт речь, был убит в возрасте 31 года, или, как написано на памятнике «скончался мученическою смертию». Краевед И. В. Неповинных помогла Музею дополнить сведения по И. Е. Ходову Семейное место Ходовых мы исследовали в сентябре этого года.Иван Ефимович Ходов – знаменитый кыштымский учитель. В книге «Кыштым» (Челябинское книжное издательство. 1957) заведующий гороно Е. Калугин упоминает его в своей публикации «Кыштым учится». Он пишет: «Деятельность Ходова за многолетнюю жизнь (он умер в 1922 году, на 93 году жизни) интересна тем, что он в Кыштыме работал свыше 50 лет. Он был не только учителем, но и общественником, ему принадлежит инициатива организации воскресной рабочей школы в 1909-1911 годах. Он также принимал участие в организации общеобразовательной вечерней женской школы». [3]И. В. Неповинных, собравшая богатый материал по метрическим книгам кыштымских церквей, считает, что в семейном месте Ходовых похоронена его вторая жена Ивана Ефимовича – Александра Михайловна, и его мать – Мария Мироновна.

Krest 9

Имена детей, выявленных на мраморной плите, не случайно приведены общим списком. Первая жена – Мария Степановна умерла в 1868 году от чахотки. Дети от первого брака – Андрей, Константин, Мария, Анна, Анисья. На плите текст: «Святый Боже Святый Крепкий Святый Безсмертный Помилуй нас. Здесь покоятся дети И. Е. Ходова / Андрей Константин Анна Анисия Мария Юлия». Жили эти дети очень мало: Андрей (1857-1859), Константин родился и умер в 1862 году, Мария – в 1865. По Анне и Анисьи данных нет. Юлия родилась в 1869 году в браке с Александрой Михайловной но прожила всего несколько месяцев. Вторая жена И. Е. Ходова – Александра Михайловна – умерла в 1911 году. Эти данные важны для понимания обыденной жизни XIX века. Детская смертность оставалась высокой. При этом горе не обходило стороной и семьи с достатком, как у И. Е. Ходова, в которых понимали и соблюдали санитарные требования. Кроме того, эти сведения отвергают версию с несчастным случаем или эпидемией. Понятно, что дети рождались и умирали друг за другом. Для нас детали жизни И. Е. Ходова важны ещё и потому, что он в своё время участвовал в работе Музея, созданного П. М. Карпинским в северном флигеле Белого дома. Учитель Ходов отвечал за историческую часть Музея. Наряду с П. М. Карпинским мы можем считать Ивана Ефимовича основателем Кыштымского музея.В 1913 году губернский секретарь И. Е. Ходов женился в третий раз. Ему было 78 лет, а его избраннице – Марии Владимировне Бураковой – 38 лет. По переписи 1918-1921 гг. семья Ходовых проживала на улице Верхне-Базарной (улица Советская). [4] Мы надеемся, что сможем прояснить биографические данные и по другим кыштымцам, чьи могилы сохранились на кладбище «3-й» километр. Итогом четырёх сезонов может стать и карточки памятников, и мартиролог имён, выявленных на памятниках, который ещё предстоит оформить в отдельный документ.

Источники:

1.Уральский Торгово-Промышленный Адрес-Календарь на 1914 год. Год 16-й. издание С. С. Вершова, в Перми. С. 607.

2.Линник О. В. История Уральской промышленности: Кыштымский горный округ (1745-1900 гг.). Издательство СГФТА. Снежинск. 2003. С. 27.

3.Кыштым. Челябинское книжное издательство. 1957. С. 118.

4.Данные метрических книг предоставлены краеведом И. В. Неповинных.

Научный сотрудник Красильников И.С.

Прочитано 168 раз